Опубликовано: 15 апрель 2021 г.

Наши бабушки...


Когда мне пишут: "как ты всё успеваешь??"  - мне становится неловко. Стиральная машина, посудомойка, пылесос, какой-никакой автомобиль, жильё из пяти комнат, большой кухни, трёх санузлов, подгузники, современные моющие средства, доступные полуфабрикаты - например, уже нашинкованные овощи в "Глобусе", разложенные в наборы "борщ" или "щи", "салат здоровье" или "овощи вок" ...
Эти незаслуженные похвалы заставляют меня вспоминать мамины и папины труды, как они после тяжёлой работы в детском саду и на металлургическом заводе три раза в неделю возили меня через весь город на общественном транспорте в музыкальную школу. Как "доставали" продукты в громадных очередях: вечно что-то в дефиците было. 
А когда я вспоминаю бабушку, я вообще изумляюсь: как, каким чудным образом она вообще выживала?
Пережила голод, войну, снова голод. Не то что стиральной машины не было - обуви на всех не хватало. Овдовела ещё молодой женщиной, осталась с тремя детьми. Работала в колхозе, несколько десятков профессий освоила, я сбилась, когда считала. После 30 лет уже заработала сердечную недостаточность на почве тяжёлого труда и постоянного недоедания, её даже на какое-то время переводили на "лёгкую работу" - почтальоном, это надо было целый день на ногах с тяжёлой сумкой в любую погоду, ведь вместо интернета были толстые журналы, газеты и письма.
Когда дети выросли, появились внуки.
Мы проводили у бабушки всё лето. При этом она продолжала работать, почему-то даже и после пенсии её постоянно просили где-то помочь и она не отказывала: не умела. Да, тогда уже появилась стиральная машина, которая ревела и тряслась, после которой надо было полоскать и выкручивать бельё, появился телевизор, радио, которое бабушка научилась ремонтировать самостоятельно, уже была какая-то мизерная зарплата, а не только трудодни и мешок муки, но в общем всё было очень аскетично: ни газа, ни водопровода. Баня, речка, рукомойник, тазы, балонный газ.
Вот, допустим, один день:
Она просыпается в пять утра. Нужно успеть напечь "харчи" в дорогу или "тормозок" (это по-донецки). Около шести поднимаемся мы - я и мой кузен Димка - от одуряюще вкусного запаха пирожков и "восьмёрок" (открытых булочек с сухофруктами). Готовит бабушка в маленькой кухоньке с низкими потолками, сутулится сильно, сутулилась всю жизнь, стесняясь своего роста. А в духовке, чтобы она не жгла сильно - два кирпича.
Бабушка заплетает мне косички, Димка умывается в "рукомойнике" - приспособление, когда нет водопровода. Летом - ничего, можно и на улице умыться, чтобы не брызгать на пол.
Мы едим "лапшевник" (лапша, запечённая в яйцах) , пьём молоко с восьмёрками, берём узелок с пирожками и выходим на остановку. 
На остановке нас ждёт развозка - крытый грузовичок с сидениями.  Сегодня мы поедем стричь овец. В колхозе всегда разнообразие работ - сегодня овцы, завтра взвешивать быков или силос, или цыплят кормить. 
Человек двенадцать женщин разного возраста - некоторые с детьми или с внуками - едем и едем по бесконечной степи, почти без дороги, по ковылю. На кочках подскакиваем так, что улетаем в потолок. Нас это страшно веселит, Димка (мой кумир!)  смешит всех до коликов, распевая песню "орлята учатся летать", размахивая руками, как крыльями, на каждом подскоке.
Приезжаем на место: посреди степи длинный длинный сарай. Внутри темно после ослепляющего степного солнца, высоченные столы, выше моей головы.
Целый летний длинный день женщины за этими столами стригут овечек со связанными ногами. Их можно было и не связывать. Они лежат тихо, покорно, если только нечаянно ткнуть ножницами - дёргаются от боли. 
Мы успеваем всё: и прыгать со столов, и валяться в сене, и гонять по степи, и взвешиваться - по одному, по двое, по трое - на весах для овечек и для шерсти, и поспать на фуфайке в загончике у бабушкиного стола, где стоит узелок с "харчами" и потихонечку оставленной "для себя" шерстью, чтобы связать нам потом носки и варежки, а бабушка всё работает, работает, работает.
Вечером по приезду бабушка ведёт нас на речку. С трудом спускается, с трудом поднимается на кручу возле реки по песку. 
Она, видимо, смертельно устала. Но мы даже не догадываемся - ни раздражения, ни злобы. Я вспоминаю, что раньше, ещё года два назад, она купалась с нами, а сейчас у неё уже нет сил. Она просто сидит на берегу. После речки - отмывает нас в тазах на кухне. Отдирает ржаные усики и репяхи от моих косичек - я кричу, бабушка ворчит, что меньше надо было головой в сено прыгать.
Потом сядет за стол, мучительно сморщит лоб и говорит - всегда одну фразу: "Что же вам на завтра приготовить??"
Мы ложимся, а она ещё возится на кухне: готовит, стирает, убирает. Прячет шерсть в сундук. У неё есть веретено, зимой она будет прясть, потом вязать, вязать, вязать...

Светлана Пикта

Автор публикации: Снежана Аэндо
Комментарии

Добавить комментарий!

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите код:
код вконтакте
код фейсбук
по просмотрам по комментариям