Опубликовано: 06 март 2020 г.

Пока не сдаёшься, ты сильнее своей судьбы


ПРИЛЕТЕТЬ МОЖЕТ В ЛЮБОЙ МОМЕНТ - НЕИЗВЕСТНО КУДА, И НЕИЗВЕСТНО КАК
(интервью со слесарем-сантехником участка № 12 "Никитовский" КП "УКГГ" посёлка шахты им. Изотова Олегом Латышевым)

Пока не сдаёшься, ты сильнее своей судьбы. Фраза не моя, но как же точно она передает настроение Горловки в течение последних пяти лет. Наш город жив благодаря сильным и любящим его людям. Тем самым, которые с ним "в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии". Это через их сердца проходит линия фронта. Это в них заложен часовой механизм будущего. Это с ними ты говоришь, как со всем городом. Они, наверняка, и сами не подозревают насколько глубинна и таинственна их взаимосвязь.

Олег Латышев работает слесарем-сантехником участка № 12 "Никитовский" КП "Управляющая компания г. Горловки" в поселке шахты им. Изотова ("Бессарабка"). А живёт в Никитовке. Все военные годы он в вечном движении между этими двумя посёлками. Свою карьеру Олег Леонидович начинал со "Стирола", где учился и работал слесарем химического производства. В 2008 году попал под сокращение, а спустя четыре года пришёл работать в тогда ещё КП "Изотовский", где и трудится до сих пор. До 2009 года жил в ж/м "Солнечный", после чего перебрался в Никитовку - купил дом с небольшим огородом. Один воспитывает троих детей – дочь и двоих сыновей. В 2014 году самому младшему из них было 2 года, а старшему - 7 лет. Когда в Горловку пришла война, Олег Леонидович был в отпуске в Киеве: "Звоню сюда, а мне детвора говорит: "Папа, здесь самолёты! По нам стреляют. Так страшно. Возвращайся скорее". Первым, что шло в эту сторону, я сел и поехал. А тут - блокпосты, дороги перекрыты. Ехал на автобусе через Донецк, но взрывов мне тогда не было слышно. Всё это накрыло уже в Горловке. Вернулся где-то 25 июля. Слышал, как обстреливают посёлок шахты 6/7 и Мичурино".
Горловский слесарь рассказывает, что после возвращения из отпуска сразу же вышел на работу. Но по "Бессарабке" тогда ещё не прилетало. "Мне хорошо был виден террикон бывшей шахты 6/7. Как в него попадали, как пыль поднималась оттуда. Выстрел – пыль, выстрел – пыль (попытки наступления ВСУ после взятия Дзержинска - Е.В.). На работу проходил еще полторы-две недели. А когда начало прилетать непосредственно на "Бессарабку", то всё... какая уж тут работа. Утром приезжаем на наряд, начинается обстрел. Пропадает связь, и мы не можем дозвониться начальству. Разошлись по домам. На следующий день я приехал сюда на мотоцикле, но всё закрыто. Развернулся, поехал домой. Тут соседи – война, всё, давай, прятаться по погребам! Ну вот с соседями мы и прожили после этого неделю в погребе. А он ведь сырой. Детвора моя начала болеть. Я сказал – пусть будет то, что будет. И мы снова перебрались в дом. Когда в Никитовке взорвали мост (по Артемовскому шоссе - Е.В.), то мы остались отрезанными от города. Пешком добирались везде. Помню ли как его взрывали? Конечно. Это было ночью 6 августа, часа в четыре. Взрыв. Я к соседям – они уже знают, что мост положили. Я – туда, посмотреть. Мост просел, но его ещё пытались проехать УАЗиками и машинами. А потом второй раз взорвали и он окончательно упал. Страх? Нет, за себя мне не было страшно, а вот за детвору – конечно. Страшно было, что живём в неизвестности – что и как дальше будет. Куда летит, что летит и сколько оно ещё лететь будет. А вот, когда начал осознавать происходящее, понимать, что происходит – вот тогда страх ушёл. Детям не врал, что это гром или гроза. Говорил прямо, что по нам стреляют. Сестра жены звала переехать в Ростовскую область. Мол, приезжай с детьми, найдём и снимем тебе дом. Хорошо, я могу поехать, а кто с детьми будет сидеть? Нужно же на них заработать, чтобы их одеть, обуть и накормить. А сидеть с ним – некому. Еще и осень на носу. Машины у меня не было. Что делать? Вот мы и остались. А здесь у меня сестра, да и соседи всегда помогали. В общем, как-то выжили тогда", - признался Олег Латышев.

Как и многих, кто живёт в частном секторе, семью Олега Леонидовича спасал огород – картошка, капуста… До выхода на работу горловчанин подрабатывал в Никитовке, на мельнице. И еще возил хлеб на "Бессарабку". Близость Никитовского хлебозавода спасала тогда многих жителей посёлка. "Много не брал, но буханок 5-7 привозил. Начало сентября. Ещё тепло и можно было ездить на мотоцикле. Через каждые 300 метров между двумя посёлками стояли ребята и постоянно спрашивали: откуда? куда? чего ездишь? День-два спрашивали, а потом начали узнавать. В конце сентября позвонили из ЖЭКа и попросили вернуться на работу. Близилось начало отопительного сезона. А, значит, нужно проверить трубы, системы... Работы было много. Тогда приходилось и окна стеклить, и кровлю делать. А в некоторых домах были такие попадания, что трубы целыми участками варили. Обошли на посёлке каждый дом, обследовали – можно ли его запустить или нет. Здесь разводка труб отопления, в основном, на чердаке. Осколков попадало туда много. Вот мы и ходили сверху до низу, смотрели каждый метр труб, где и что посекло, и как это можно восстановить. На тот момент из "Бессарабки" выехало около 40-50% населения. Многие оставили ключи соседям. И это было хорошо, потому что можно было зайти и осмотреть батареи. А там, где не было доступа, мы ничего не могли поделать. Вот в январе 2015 года было много таких квартир. Недели полторы мы ездили по адресам и исправляли проблемы в системе отопления. Когда идут такие обстрелы, то люди ни о чем не думали, а просто уезжали из города, бросая всё", - вспомнил о работе в военное время горловский слесарь.

Зима 2015 года запомнилась ему частыми ночными обстрелами. Постоянно останавливались котельные. Либо перебивали линии электропередач, либо осколками разрывало газопроводы. Олег Латышев говорит, что только и успевали "запускать дома": "Успели сбросить воду – сбросили, а утром запустили, если дали свет. Обстрел и всё начиналось по новой. Помню, в 2015 году была долгая остановка, а на улице мороз… где-то -15 градусов. Потом нам пришлось две недели ходить по домам с паяльными лампами-горелками и размораживать системы отопления. Только этим и занимались. Ходили с баллонами, со сварками – разогревали, заваривали. Как добирался домой? Пешком, самый короткий путь. Двадцать минут - парк, хлебозавод и я уже дома. Страшно было переходить железнодорожные пути. Местность открытая и если обстрел, то осколки ничего не задержит. А дома дети ждут. Были ли прилёты домой? 19 августа 2016 года, на Спас, упал снаряд во двор. Где-то около полдвенадцатого ночи. Вылетели окна. У меня как раз гостили сестра жены с мужем. Никто не успел ни выбежать, ни спуститься в подвал. Все произошло мгновенно. Сильный взрыв. Звон стекла. Потом – пожар и зарево от него за окном. Рядом у нас брошенный двор со сухостоем. Вот всё это и загорелось. Соседи уже кричат нам: "Живы? Или нет?". У нас в Никитовке люди всегда на счёт помощи безотказны. Вместе тушили, помогали выносить воду и т.д. Беда объединяет. Наша половина дома находится с необстреливаемой стороны. И это, пожалуй, тоже спасло. В 2017 году мне от ЖЭКа выдали квартиру на "Бессарабке", но мы пока что живём с детьми в Никитовке. Закончу ремонт и переедем сюда".

2016 год был жарким не только для Никитовки, но и для "Бессарабки". Жертвы, разрушения и постоянное присутствие в военных сводках. "Чувство войны не покидает до сих пор. Ничего ведь не прекращается. Прилететь может в любой момент – неизвестно куда, и неизвестно как. Каждый день утром просыпаешься – стрельбы. Миномёты, пулемёты, автоматы. Приходишь на работу, а тут то же самое со стороны посёлка 6/7. Да, были попадания и в район нашего коммунального предприятия. Приходилось и "скорую" вызывать. Помню, пришли на наряд, получили и тут, буквально, сразу же, через школу, упал снаряд. Пошли смотреть что к чему. А там женщина раненая. В 2016 это было. И тогда же - прямые попадания по здешним пятиэтажкам. Был прилёт в квартиру, где жили четыре человека. Но, слава Богу, без жертв всё обошлось. Последний самый мощный обстрел "Бессарабки"? Конец августа 2016-го, когда прилетело в дом по ул. Черняховского, 84. Мина пробила угол дома, потолок и осколками убило женщину 49 лет. А потом начались обстрелы, когда ложилось вокруг домов. У людей постоянно вылетали стёкла. Со второй половины 2018-го более-менее стало тише. Но на "Бессарабке", в отличие от центра, у всех готовы подвалы и убежища. У людей стоят тревожные сумки, вещи первой необходимости, запасы продуктов, вода. Тут война ощущается очень остро. В последнее время обстрелы участились. Со стороны 6/7 и Мичурино даже сегодня утром было слышно. В Никитовке до сих стараются не ходить в районе, расположенном рядом с КПВВ. Лесополосы там заминированы, как и поля. Чувство войны у людей здесь тоже осталось. А вот инстинкт самосохранения у многих уже снижен. Как это? Ну, смотрите... Никитовка. Рынок возле ж/д-вокзала. Выходной день. Начинается стрельба, а люди не замечают этого и, как делали покупки, так и продолжают их делать. Да я и сам по себе это заметил. Это уже обыденностью какой-то стало", - развел руками Олег Латышев.

Из уехавших в посёлок шахты им. Изотова за минувшие пять лет вернулось около 20-30%. Большинство, конечно же, уже после 2016 года, когда утихли последние масштабные обстрелы. "Изменила ли война отношение людей к нашей профессии? Да, изменения все же есть. Появились те, кто относится с уважением. Но, знаете, этого как-то было больше в 2014-2016 годах. А сейчас… сейчас вернулись жалобы и вот это "вы мне должны" и "да я на вас". И эти люди совершенно не разбираются по какой причине произошло то, или иное. Они во всем винят нас. Во время активных боевых действий люди были как-то дружнее, сплоченей. Нет, остались и те, кто стараются нам помочь. Всё это зависит, прежде всего, от воспитания человека. Оно лежит в основе хорошего и плохого в человеке. А что касается работников, то да, не хватает. Несмотря на то, что подняли нам заработную плату, но сама работа тяжёлая. А местами и специфическая. Особенно, если это касается канализаций. Молодежь не хочет таким заниматься, это не по ним. Влияет ли как-то близость фронта на дефицит кадров? Думаю, нет. Если человеку нужна работа, то он будет работать, а кому не нужна – будет искать оправдания. И то, что молодежь не хочет идти в рабочие профессии – огромная проблема. Мы же не вечные, а, значит, наступит время, когда некому будет этим всем заниматься – ремонтировать, восстанавливать и поднимать. Какое будущее у "Бессарабки" и Никитовки после окончания военных действий? На мой взгляд, "Бессарабка" вполне может быть спальным районом. Тихим, с её уже историческими домами. А вот Никитовка… Если не восстановят ж/д-сообщение, то... это частный сектор для огородов и садов. Даже если война закончится, то эти районы нужно будет восстанавливать и восстанавливать. Работы очень много. Поэтому хотелось бы, чтобы к нам приходили работать люди. Люди умные, у которых есть желание работать", – подчеркнул в конце беседы мой собеседник.


Егор Воронов
Автор публикации: Снежана Аэндо
Комментарии

Добавить комментарий!

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите код:
код вконтакте
код фейсбук
по просмотрам по комментариям
Для-хостела.рф