О чём думает украинский солдат?


Набрёл тут в соцсетях на весьма характерные стихи. Характерные прежде всего для нашего - обыденно-русского восприятия войны в Донбассе, для наших представлений, впитанных с молоком матери, взлелеянных семьюдесятью годами совместной жизни в СССР, песнями про "пятнадцать республик, пятнадцать сестёр" и прочими толерантными благоглупостями советского разлива. В наши взращённые мифом о дружбе народов головы просто не умещается, как народ, который мы привыкли считать самым духовно-близким для нас, русских, может творить столь немыслимые зверства, о которых мы теперь ежедневно читаем в интернете - те, разумеется, кто ещё следит за борьбой русского Донбасса, вот уже скоро четыре года не дающего мутной волне нацистского ренессанса окончательно затопить Европу. Изнасилованные девочки-детдомовки, раздавленные танками детские коляски, и глаза детей, тысяч русских детей, глаза, которые больше никогда не увидят света из-за того, что кому-то очень злому взбрело в башку строить расово-правильную Украину.

Очень у многих до сих пор не укладывается в голове, как люди, воспитанные с нами в одном и том же культурном поле, на одних и тех же книгах и фильмах, могут так вот запросто убивать детей - а потом ещё часами смаковать собственные зверства в соцсетях. И как дети "с другой стороны" могут радостно и с энтузиазмом приветствовать уничтожение своих сверстников, вся вина которых только в том, что они говорят немного на другом языке. Непонимание рождает дискомфорт, а дискомфорт - рефлексию, из которой произрастают стихи. Какие - целиком можете ознакомиться по ссылке: https://www.stihi.ru/2016/06/11/921. Мой же глаз зацепился за следующие строчки: 

О чем ты думаешь, украинский солдат, 
Когда в своем прицеле видишь дом? 
Обычный дом, где малыши сопят, 
Укутавшись, как пледом, сладким сном. 


Пожалуй, я смогу ответить Снежане Аэндо, о чём он думает, солдат этот самый. Он думает о благоустроенной квартире в центре Донецка, которую ему обещало командование после того, как Донбасс будет очищен от "расово-неправильного" населения. Ещё он думает о личной копанке с неограниченным количеством русских рабов, которую ему, гиднюку хуторянскому, тоже обещали после "перемоги". И он, привыкший жить натуральным хозяйством и мыслить категориями позднего неолита, уже прикидывает, как сказочно обогатится с помощью этой самой копанки, ведь там, у него в глубоком тылу, все знакомые мёрзнут без отопления, а уголь - он здесь, у "российских оккупантов", каковыми украинское законодательство теперь вполне официально объявило коренных жителей русского Донбасса. Ещё, вероятно, он думает о том, что люди, мешающие ему дорваться до этого "светлого европейского будущего" (живописуемого вполне в стиле доктора Геббельса), умственно и нравственно неполноценны, неполноценны настолько, что даже колыбельные своим детям петь не умеют. Я не шучу и не утрирую - именно так они, гиднюки, и думают. А ещё они думают, что они - носители самой европейской в мире цивилизации - и без того слишком долго терпели присутствие "расово неполноценных" дончан и луганчан на "своей" земле. И невдомёк хуторянскому гиднюку, что "его" земля - это шесть соток под Лембергом или Тарнополем, где находится его родной хутор, а здесь, в Донбассе, русские жили за много веков до того, как мир впервые услышал слово "Украина". И те, кого он считает оккупантами, недостойными жить в расово-правильном европейском государстве, живут здесь уже не один десяток поколений и вовсе не обязаны уступать ему свою землю и свои дома. 

Возможно ли объяснить этому украинскому солдату (правильнее было бы сказать: бандиту), что детей убивать нельзя? Сомневаюсь. "Дети" для него - это шестнадцати - семнадцатилетние лбы, скакавшие на Майдане, а те, кого он убивает, это "личинки колорада", "сепаратисты", которых, как ему популярно объяснили, лучше уничтожить, пока они не выросли, - иначе они вырастут и придут в Лемберг и Тарнополь навязывать "уродливые ценности Русского Мира" в лице водки, Сталина и НКВД. Украинский солдат, может быть, ещё остаётся человеком, пока он в военкомате - хотя тоже вряд ли, настоящему человеку вряд ли позволит совесть ехать убивать детей ради квартиры или копанки с рабами. Но попав на передовую, сделав свой первый выстрел по школам, детсадам или больницам, он гарантированно уже не человек. Он даже не зверь, ибо зверь, по верному замечанию польского писателя Станислава Сат-Ока, не убивает просто так себе подобных. Он - сорвавшийся с цепи монстр. И этого бешеного монстра остаётся только уничтожить - иным способом остановить череду убийств русских детей не получится.

И да, говорить украинским карателям о Боге, пугать их Божиими карами - тоже бессмысленно. Страх перед Божиим Правосудием не остановит того, кто уже не раз успел поучаствовать в разгроме церквей и избиениях священников, тех, кто пишет на своих минах и снарядах "Смерть православным". Так что не тратьте зря красноречие. Пока мы не поймём, что нынешнюю украинскую армию, армию вурдалаков, попробовавших вкус человеческой крови, надо громить, что это единственный способ остановить совершаемые ею преступления против человечности, до тех пор кровь русских детей будет литься сплошным потоком.  

Автор  Михаил Маркитанов 

Комментарии (0)

Оставить комментарий